Контрольное производство по уголовному делу

Судебный контроль в стадии предварительного расследования

Контрольное производство по уголовному делу

Судебный контроль в стадии предварительного расследования при производстве отдельных следственных действий. Процессуальный порядок составления, подачи и рассмотрения жалоб. Участие адвоката в осуществлении судебно-контрольного производства.

Судебный контроль на досудебных этапах уголовного судопроизводства — это особый самостоятельный, хотя и не выходящий за рамки уголовного судопроизводства, вид судебной деятельности, направленный на обеспечение прав, свобод человека и гражданина, а равно их защиту и незамедлительное восстановление, в случае если у заинтересованных лиц возникли основания полагать, что их права и свободы органом дознания, дознавателем, следователем либо прокурором нарушены, а законные интересы проигнорированы.

Различают четыре вида судебно-контрольных действий в стадии предварительного расследования. К первому из них относится компетенция суда по:

— избранию в отношении подозреваемых, обвиняемых меры пресечения в виде заключения под

стражу (ст. 108 УПК РФ);

— продлению сроков содержания обвиняемых под стражей (ст. 109 УПК РФ);

— избранию в отношении обвиняемых меры пресечения в виде домашнего ареста (ст. 107 УПК РФ);

— помещению подозреваемых, обвиняемых, не содержащихся под стражей, в медицинский или психиатрический  стационар для  производства,  соответственно,  судебно-медицинской  или  судебно-психиатрической экспертизы (п. 3 ч. 2 ст. 29 УПК РФ).

Вторым направлением судебно-контрольной деятельности в стадии предварительного расследования является принятие судом решений:

— о производстве осмотра жилища при отсутствии согласия проживающих в нем лиц (п. 4 ч. 2 ст. 29, ч. 5 ст. 177 УПК РФ);

— о производстве обыска или выемки в жилище (п. 5 ч. 2 ст. 29, ст. 165, 182 УПК РФ);

— о производстве личного обыска, за исключением случаев, предусмотренных ст. 93 УК РФ (п. 6 ч. 2 ст. 29, ст. 184 УПК РФ);

— о производстве выемки предметов и документов, содержащих информацию о вкладах и счетах в банках и иных кредитных организациях (п. 7 ч. 2 ст. 29 УПК РФ);

— о наложении ареста на корреспонденцию и выемке ее в учреждениях связи (п. 8 ч. 2 ст. 29, ст. 185 УПК РФ);

— о наложении ареста на имущество, включая денежные средства физических и юридических лиц, находящиеся на счетах и вкладах или на хранении в банках и иных кредитных организациях (п. 9 ч. 2 ст. 29 УПК РФ);

— о контроле и записи телефонных и иных переговоров (п. 11 ч. 2 ст. 29 УПК РФ);

— о временном отстранении обвиняемого от должности в соответствии со ст. 114 УПК РФ (п. 10 ч. 2 ст. 29 УПК РФ);

— об эксгумации (ч. 3 ст. 178 УПК РФ).

Третий вид судебно-контрольной деятельности на досудебных этапах уголовного процесса регламентирован ст. 448 УПК РФ. Он связан с особенностями производства в отношении отдельных категорий лиц, к числу которых действующий закон относит:

— членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы, депутатов представительных органов государственной власти в субъектах Федерации;

— депутатов и выборных должностных лиц в системе местного самоуправления;

-судей;

— Председателя Счетной палаты РФ, его заместителей и аудиторов;

— Уполномоченного по правам человека в РФ;

— Президента РФ, прекратившего исполнение своих полномочий, а также кандидата в Президенты РФ;

— прокурора, следователя, адвоката (ст. 447 УПК РФ).

Процедура привлечения к уголовной ответственности действующего Президента РФ урегулирована в ч.1 ст. 93 Конституции РФ и по существу является одной из разновидностей судебного контроля на досудебных этапах уголовного процесса, осуществляемого судами общей юрисдикции.

Четвертый вид — собственно компетенция суда по рассмотрению заявлений и жалоб на действия органов предварительного расследования и прокуроров (ст. 125 УПК РФ).

Постановления дознавателя, следователя, руководителя следственного органа об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, а равно иные решения и действия (бездействие) дознавателя, следователя, руководителя следственного органа и прокурора, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию, могут быть обжалованы в районный суд по месту производства предварительного расследования (ст. 125 УПК РФ).

Жалоба может быть подана в суд заявителем, его защитником, законным представителем или представителем непосредственно либо через дознавателя, следователя, руководителя следственного органа или прокурора.

Хотя уголовно-процессуальный закон не предусматривает каких-либо определенных требований, предъявляемых к структуре жалобы на решения, действия (бездействие) органов предварительного расследования и прокуроров, данный документ должен содержать:

1) наименование суда, в который подается жалоба;

2) данные  о лице,  подавшем жалобу,  с указанием  его  процессуального положения,  места жительства или места нахождения (если жалоба подается адвокатом, то вне зависимости от его участия в деле к ней  прилагается ордер; если жалоба подается законным представителем заявителя, не являющимся адвокатом, то к ней прилагается доверенность);

3) указание на постановление, иное решение, действие (бездействие), которое обжалуется, и наименование     органа     предварительного     расследования,     прокурора,     его     вынесшего     либо осуществившего (не осуществившего);

4) доводы лица, подавшего жалобу, с указанием оснований, предусмотренных соответствующими положениями процессуального закона;

5) перечень прилагаемых к  жалобе  материалов, в   число   которых   могут   входить   копии процессуальных документов, справки, заключения специалистов и т.п.;

Жалоба подписывается подавшим ее лицом.

Если жалоба не соответствует вышеперечисленным требованиям и это препятствует ее рассмотрению, то судья сопроводительным письмом возвращает ее заявителю.

Жалобу на решения и действия (бездействие) органов предварительного расследования и прокуроров, не входящие в предмет судебного контроля в стадии предварительного расследования, судья возвращает сопроводительным письмом заявителю.

Судья проверяет законность и обоснованность действий (бездействия) и решений дознавателя, следователя, руководителя следственного органа, прокурора не позднее чем через 5 суток со дня поступления жалобы в судебном заседании с участием заявителя и его защитника, законного представителя или представителя, если они участвуют в уголовном деле, иных лиц, чьи интересы непосредственно затрагиваются обжалуемым действием (бездействием) или решением, а также с участием прокурора, следователя, руководителя следственного органа. Неявка лиц, своевременно извещенных о времени рассмотрения жалобы и не настаивающих на ее рассмотрении с их участием, не является препятствием для рассмотрения жалобы судом. Жалобы, подлежащие рассмотрению судом, рассматриваются в открытом судебном заседании, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 241 УПК РФ.

В начале судебного заседания судья объявляет, какая жалоба подлежит рассмотрению, представляется явившимся в судебное заседание лицам, разъясняет их права и обязанности. Затем заявитель, если он участвует в судебном заседании, обосновывает жалобу, после чего заслушиваются другие явившиеся в судебное заседание лица. Заявителю предоставляется возможность выступить с репликой.

По результатам рассмотрения жалобы судья выносит одно из следующих постановлений:

1) о признании действия (бездействия) или решения соответствующего должностного лица незаконным или необоснованным и о его обязанности устранить допущенное нарушение;

2) об оставлении жалобы без удовлетворения.

Копии постановления судьи направляются заявителю, прокурору и руководителю следственного органа.

Принесение жалобы не приостанавливает производство обжалуемого действия и исполнение обжалуемого решения, если это не найдет нужным сделать орган дознания, дознаватель, следователь, руководитель следственного органа, прокурор или судья.

Срок подачи жалоб на решения, действия (бездействие) дознавателя, следователя и прокурора в действующем уголовно-процессуальном законодательстве не ограничен.

Участие адвоката в различных видах судебно-контрольного производства, ведущихся судом (судами) параллельно проведению    оперативно-розыскных     мероприятий,     предварительному расследованию, прокурорскому надзору и ведомственному контролю, является составной частью его работы по уголовному делу на досудебных этапах уголовного судопроизводства как в форме защитника подозреваемого, обвиняемого, так и в форме представителя любого иного участника процесса.

С учетом того, что судебный контроль по отношению к собственно правосудию носит предупредительный и правообеспечительный характер, тактика поведения адвоката, участвующего в судебно-контрольном производстве, предопределяется его общей позицией по уголовному делу.

Когда в роли защитника (представителя) в уголовном деле участвует один адвокат, а к осуществлению тех же функций в рамках судебно-контрольного производства (производств) по каким-либо причинам привлечен другой (другие), то все они обязаны действовать в рамках единой стратегии, поскольку законом на них возложена функция представления интересов одного и того же лица.

Обстоятельства, исключающие участие в судебно-контрольном производстве защитника, представителя потерпевшего, гражданского истца или гражданского ответчика, определены в ст. 72 УПК РФ.

В случае нарушения конституционных и процессуальных прав участников процесса жалоба на решения и действия (бездействие) дознавателя, следователя и прокурора заинтересованными лицами, их защитниками (представителями) подается немедленно.

Источник: https://juristic.pro/ugolovnyj-process/sudebnyj-kontrol-v-stadii-predvaritelnogo-rassledovaniya-pri-proizvodstve-otdelnyx-sledstvennyx-dejstvij-processualnyj-poryadok-sostavleniya-podachi-i-rassmotreniya-zhalob-uchastie-advokata-v-osush.html

Правосудие и судебный контроль

Контрольное производство по уголовному делу

В 1991 году Верховный суд РСФСР разрабатывая концепцию судебной реформы, отмечал «одна из важнейших задач судебной реформы — утверждение судебной власти в государственном механизме как самостоятельной влиятельной силы, которая получает в правовом государстве возможность блокировки или затруднить действие неразумных законов, сдерживать исполнительную власть, защищать права граждан».[1]

Одним из важнейших механизмов защиты прав человека (гражданина) в уголовном судопроизводстве России является так называемое судебно-контрольное производство, реализуемое в порядке ст.

125 УПК РФ[2] которое предусматривает право заинтересованных лиц на обжалование решений и действий (бездействия) публичных органов уголовного преследования на досудебных стадиях уголовного судопроизводства. Как отмечает А. П. Гуськова, «возводя право на обжалование процессуальных действий и решений в ранг принципов уголовного судопроизводства (ст.

19 УПК РФ), законодатель тем самым особо подчеркивает значимость судебной власти по обеспечению защиты прав, свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве».[3]

Многими учеными — юристами отмечается важность данного правового института «судебно – контрольного производства в порядке сит.

125 УПК РФ», однако только защитники по уголовным делам и юристы практики знают, что сегодня данное судебно – контрольное производство из возможно одного из реально действенных способов защиты прав человека (гражданина) в уголовном процессе в виду необходимости достижения должностными лицами судебной системы и юстиции несвойственных судебной системе целей фактически не работает в интересах прав человека (гражданина) чьи права регулярно нарушаются сотрудниками правоохранительных органов (следствия, дознания, подразделений уголовного розыска).

Одним из краеугольных вопросов определяющих сущность и цели судебно – контрольной деятельности в рамках ст. 125 УПК РФ является ответ на вопрос, является ли судебно – контрольная деятельность суда, в порядке ст. 125 УПК РФ правосудием или нет. С учетом анализа современной судебной практике[4], по применению ст. 125 УПК РФ можно с полной уверенностью сказать, что нет, не является.

Современные суды РФ, рассматривая многочисленные жалобы, подаваемые на незаконные и необоснованные действия в порядке ст. 125 УПК РФ фактически не вершат правосудие, они формально выполняют требования о рассмотрении жалоб и принимают по ним решения, которые зачастую противоречат здравому смыслу и существу правосудия, а также принципам уголовного процесса России.

В результате такого формализма, не имеющего ничего общего с правосудием развивается и теория уголовного процесса. Например, в кандидатской диссертации на соискание степени кандидата юридических наук А.Н. Рыжих говорит о том, что «на досудебных стадиях уголовного процесса суд не осуществляет функцию правосудия или контроля, деятельность его не является так же полифункциональной.

Судом реализуется единственная функция – обеспечительная»[5].

При этом формальная роль суда при рассмотрении жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ, а также теоретическая позиция авторов говорящих об обеспечительной деятельности суда в порядке ст. 125 УПК РФ опровергает п. 50 ст.

5 УПК РФ, в котором прямо указано, что судебное заседание представляет собой процессуальную форму осуществления правосудия в ходе досудебного и судебного производства по уголовному делу.

То есть судебно – контрольная деятельность суда является формой осуществления правосудия.

Не смотря на то, что при разрешении спора в порядке судебно контрольной деятельности суд не касается вопросов доказанности обвинения, проверки и оценки доказательств, в то же время, участники процедуры обжалования состязаются перед судом, доказывая суду правильность своих утверждений. Осуществляя проверку жалоб в порядке ст.

125 УПК РФ, суд не вправе оценивать доказательства с точки зрения их допустимости и достоверности, поскольку законодатель предусматривает данную деятельность исключительно на судебных стадиях уголовного судопроизводства (ст. 235, 274 УПК РФ).

Однако для установления законности и обоснованности проверяемых действий и решений органов предварительного расследования суд объективно вынужден исследовать доказательства, имеющие отношение к предмету жалобы с позиций их доброкачественности, и это предполагает расширение полномочий судьи, рассматривающего жалобу по существу, посредством предоставления ему права изучения и оценки доказательств, что в настоящий момент на практике судами не делается в принципе.[6]

Фактически суды, рассматривая жалобы, поданные в порядке, предусмотренном ст.

125 УПК РФ, например на постановления о возбуждении уголовного дела ограничиваются проверкой требований УПК РФ о порядке принятия решений следователем (дознавателем), понимая под законностью вынесения постановления о возбуждении уголовного дела дословно: «При этом под законностью следует понимать соблюдение всех норм УПК РФ, регламентирующих порядок принятия решений или совершение соответствующего действия дознавателем, следователем, прокурором».[7] Основным мотивом отказа в удовлетворении жалобы на законность и обоснованность возбуждения уголовного дела является вынесение процессуального решения в соответствии с положениями ст.145 УПК РФ и по своей форме и содержанию соответствует требованиям ст.146 УПК РФ.[8] При этом совершенно не исследуемыми судами остаются потенциально недействительные доказательства, лежащие в основе возбуждения уголовного дела.

Наиболее часто в жалобах на постановление о возбуждении уголовного дела, подаваемых в порядке, предусмотренном ст.

125 УПК РФ от суда требуется не исследование фактических сведений, по уголовному делу, имеющих доказательственное значение, что несомненно противоречит, как требованиям УПК РФ, так и правовой позиции Верховного суда РФ, а выяснение соответствия требованиям УПК РФ формы и соблюдения процедуры получения доказательств в рамках материала доследственной проверки, и их достаточности для принятия решения о возбуждении уголовного дела. Например, имело ли должностное лицо органа дознания получать объяснение, которое стало поводом для возбуждения уголовного дела, соответствует ли данное объяснение требованиям УПК РФ и действительно ли в нем есть сведения, позволяющие возбудить уголовное дело в отношении лица? На такие вопросы сегодня суды в принципе ответы в порядке ст. 125 УПК РФ не дают.

Проверка соблюдения лишь формальных требований противоречит правовой позиции, выработанной Конституционным судом РФ, согласно которой «суд не должен ограничиваться лишь исполнением формальных требований УПК РФ и отказываться от проверки фактической обоснованности обжалуемого решения органа предварительного расследования… Он вправе принять собственное решение по данному вопросу, поскольку иное способно привести к искажению самой сути»[9].

Нередко, при обжаловании в порядке ст.

125 УПК РФ законности и обоснованности постановлений о возбуждении уголовного дела часто возникают ситуации, когда законность и обоснованность самого возбуждения уголовного дела не взывает сомнений даже у заявителя, обжалуется лишь факт возбуждения уголовного дела в отношении конкретного лица.

В такой ситуации суд просто не может ограничиться лишь констатацией фактов «о соблюдении порядка вынесения данного решения, о наличии у должностного лица повода и основания к возбуждению уголовного дела и об отсутствии обстоятельств, исключающих производство по делу», не вызывающих сомнения и не являющихся предметом обжалования. Отказывая в такой ситуации удовлетворение жалобы, значит ограничить конституционное право на судебную защиту прав и свобод человека (гражданина) от незаконных и необоснованных действий и решений органов государственной власти и должностных лиц.

Дискуссионным является вопрос об отграничении полномочий суда в рамках судебно — контрольного производства, изложенный в п. 1 аб. 4 постановления № 1 Пленума Верховного суда РФ от 10.02.2009 года: «судья не вправе делать выводы… об оценке доказательств».

Решая вопрос о законности обжалованных решений и действий (бездействия) должностных лиц, суд оценивает их соответствие требованиям уголовно — процессуального закона. Согласно ч. 1 ст.

88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности — с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела.

Положения вышеуказанного Постановления № 1 Пленума Верховного суда, суды первой и апелляционной инстанции трактуют неверно, рассматривая его, как руководство к бездействию по оценке допустимости отдельно взятых обжалуемых доказательств тем самым фактически, откладывая проверку законности и обоснованности всех процессуальных решений и действий (бездействия), вынесенных на основе доказательств, полученных с нарушением закона до стадии судебного разбирательства. Такой подход, противоречит правовым позициям Конституционного суда о которых мы уже говорили выше[10].

Интересно, что в некоторых судебных заседаниях (крайне редко), например, как в Апелляционном постановлении Ярославского областного суда от 09 апреля 2018 г., по делу № 22-480/2018 в обосновании законности, обоснованности и достаточности оснований для возбуждения уголовного дела по п. «б» ч. 4 ст.

158 УК РФ не только приводится перечень документов содержащихся в материале проверке, но и указывается дословно: «В материалах дела, кроме заявлений ФИО3, имелись ее объяснения, объяснения ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, протокол осмотра места происшествия, содержащие сведения, в том числе, о причастности ФИО1 к совершенному хищению имущества ФИО3 и размере причиненного в результате преступления последней материального ущерба…»[11] То есть судья в судебном заседании не только перечислила документы, содержащиеся в материале проверки, но и сослалась на тексты объяснении лиц, опрошенных в рамках материала доследственной проверки, поясняющих причастность подозреваемого к инкриминируемому ему преступному деянию, что по моему мнению является, как раз примером надлежащего рассмотрения жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ.

Противники рассмотрения судебного контроля как формы осуществления правосудия по уголовным делам отмечают что это «может привести к размыванию границ данного понятия и к необоснованному расширению задач, стоящих перед функцией правосудия, что, в свою очередь, негативно скажется на его эффективности»[12].

В результате применения на практике позиции обеспечительной функции судебно – контрольной деятельности суда, при применении ст.

125 УПК РФ получается, что суд не проверяя законность и обоснованность прежде всего возбуждения уголовного дела (не исследуя доказательства с позиции относимости и допустимости, полученные на стадии доследственной проверки) способствует незаконным и необоснованным возбуждениям уголовных дел, которые только по формальным признакам должны соответствовать УПК РФ, после чего по таким уголовным делам в отношении человека (гражданина) применяются меры уголовного – процессуального принуждения, такие как задержание и избрание меры пресечения в виде заключения под стражу, проверка законности которых, проходит так же формально. Такая порочная практика применения судебно – контрольной деятельности суда в порядке ст. 125 УПК РФ несет серьезный вред правам и интересам человека и гражданина вовлеченного в уголовным процесс. Подобная практика не отвечает ни интересам лиц вовлеченных в уголовный процесс и не соответствует целям и задачам уголовного судопроизводства.

Напротив необходимо говорить не о «размывании границ» правосудия, а о расширении этих границ. Правосудие должно вершиться судом не только в судебных стадиях, но и в досудебном производстве. Именно об этом говориться в вышеупомянутом п.

50 ст. 5 УПК РФ. Кроме того, п. 52 той же статьи трактует: суд первой инстанции — суд, рассматривающий уголовное дело по существу и правомочный выносить приговор, а также принимать решения в ходе досудебного производства по уголовному делу.

[13] [1] Постановление ВС РСФСР от 24.10.1991 N 1801-1 «О Концепции судебной реформы в РСФСР» // http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=EXP&n=221794#0949392684131444

Источник: https://zen.yandex.ru/media/id/5b45c8946218b900aaae31d9/pravosudie-i-sudebnyi-kontrol-5b45cfe2569b5100aa030a9a

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.

    ×
    Рекомендуем посмотреть