Корыстный мотив в уголовном праве

Верховный суд разъяснит, как судить за

Корыстный мотив в уголовном праве

Верховный суд России готовит разъяснения по вопросу, взявшему нас за живое еще в советские времена: надо ли судить условного Юрия Деточкина?

Горячие дискуссии на эту тему развернулись на научно-практической конференции, организованной Верховным судом России “Проблемы применения судами законодательства об ответственности за мошенничество, присвоение и растрату”.

Вопрос был поставлен, что называется, ребром: считать ли корыстью, когда человек брал не для себя, родных или близких, а отдал добытые сомнительным путем средства посторонним людям? Ведь с точки зрения Уголовного кодекса, когда нет корысти, то нет и хищения.

Поэтому судьба доброго человека здесь крайне зависит от трактовки.

Подготовленные в ходе научной конференции рекомендации обязательно будут использованы для подготовки правовых позиций Верховного суда, так что голос ученых повлияет на судебную практику.

Однако сейчас Верховному суду предстоит определиться, чьи же аргументы звучали убедительней.

Единства нет: представители многих авторитетных юридических вузов страны проали “против” Деточкина, зато целый ряд практиков выступили за его помилование.

В РФ ужесточат наказание за мошенничество в сфере предпринимательства До сих пор ответ казался многим однозначным, мол, даже добрый вор все равно остается вором. По этой логике место Робин Гуда либо в книге, либо в тюрьме. В конце концов, мы все видели кино “Берегись автомобиля” и прекрасно помним, чем там закончилось. А чем жизнь лучше?

Однако Верховный суд России обратил внимание на такую существенную деталь: по закону обязательным признаком хищения является корысть.

Бескорыстное мошенничество или благородное присвоение – вещи, не вписывающиеся в Уголовный кодекс.

Так как быть, если, скажем, директор госпредприятия продал по какой-то сомнительной схеме казенное имущество, а все вырученные деньги перевел в детдом, ничего себе не взяв?

Приговор зависит от того, как судья должен понимать корысть. Если узко, как заботу о личном кармане, то директора-благотворителя нельзя наказывать за растрату. Если широко, скажем, под корысть подвести удовольствие от совершения доброго дела, то статья Уголовного кодекса “Присвоение или растрата” здесь проходит на ура.

Поэтому Верховный суд России и озадачил лучших правоведов страны, что же считать корыстью. С неожиданным заявлением на конференции выступил представитель СКР кандидат юридических наук Георгий Смирнов.

– Наша позиция: корыстный мотив, когда лицо прямо не приобретало выгоды, отсутствует, – сказал он.

Принято считать, что правоохранители всегда предпочитают строгий взгляд, поэтому и показалось неожиданным, что именно представитель такого ведомства предложил сузить корысть до личного кармана и кармана родственников и друзей.

Зато преподаватели многих юридических вузов, наоборот, отказывались прощать условного Юрия Деточкина. На практике, рассказывали они, наши граждане склонны к широким жестам, но кража, мол, всегда остается кражей.

Например, недавно в Оренбурге некий гражданин похитил в цветочном киоске 101 розу и раздал цветы незнакомым девушкам в ночном клубе. Вроде бы человек дарил радость людям, но ведь делал это за чужой счет. Так что человеку вменяют кражу. Был случай, когда владелец некоего банка был осужден за отмывание миллиарда рублей.

На суде выяснилось, что часть выручки (но не всю!) гражданин передавал детскому дому. В итоге банкир получил относительно мягкий срок, хотя в чистом виде Деточкиным он не являлся: тот все-таки ничего не оставлял себе.

Профессора из юридических вузов говорили, что раз человек завладел с помощью обмана чужим имуществом, это уже преступление. “Это его выгода. Даже если отдает незнакомым лицам, корысть есть”, говорила одна из выступавших.

В ответ Георгий Смирнов поинтересовался, какой смысл тогда вообще включать корысть, как обязательный признак хищений, если сам факт распоряжения чужим имуществом считать преступлением? Объяснить это выступавший не смог.

“Мне представляется, что корысть – это незаслуженное обогащение, несправедливое обогащение за счет кого-то, когда один лишается имущества, а другой обогащается за счет этого, – сказал “РГ” эксперт Федеральной палаты адвокатов России Вадим Клювгант. – Поэтому, когда говорим о хищении, мы все-таки должны найти это несправедливое обогащение у того, кто привлекается к уголовной ответственности, либо у его близкого круга”.

По словам эксперта, так называемое “хищение в пользу третьих лиц” (проще говоря – тот самый казус Деточкина) было допущено в 70-х годах в одном из постановлений пленума Верховного суда СССР. “С тех пор эта практика все ширится и ширится, и доходит до запредельных вещей, – говорит Вадим Клювгант. – Я считаю, это не отвечает ни доктрине, ни духу закона”.

Кстати, в свое время сценарий фильма “Берегись автомобиля” отказывались утверждать, ссылаясь, мол, на то, что люди начнут угонять друг у друга автомобили. Предлагали также изменить фабулу, мол, а пусть герой просто сообщает в ОБХСС о расхитителях.

К счастью, авторам удалось отстоять идею. Правда, через несколько лет после выхода фильма в постановлении пленума Верховного суда и появилось разъяснение по поводу “хищения в пользу третьих лиц”. Может ли сегодня практика измениться? Подождем, увидим.

В любом случае, делать добро за чужой счет надо осторожно. Схема Юрия Деточкина, к слову, однозначно попадает в Уголовный кодекс: так как за угон автомобиля наказывают независимо от того, была ли корысть.

Источник: https://rg.ru/2015/04/28/moshenniki.html

3 вида мотивов в уголовном праве РФ

Корыстный мотив в уголовном праве

Мотив в уголовном праве это – внутренний толчок к достижению определённого социально опасного результата, вызвавшего у человека решительность осуществить правонарушение.

У всех преступлений есть основания, прямые или косвенные умыслы, в учинённом деянии (бездействие) также усматривается его наличие.

Но если правонарушение совершается по неосторожности, будет неверным причислять к нему преступную мотивацию, цели.

Многоканальная бесплатная горячая линияЮридические консультации по уголовному праву. Ежедневно с 9.00 до 21.00Москва и область: +7 (495) 662-44-36Санкт-Петербург: +7 (812) 449-43-40

В течение процесса жизни индивидуума, им совершаются разные деяния, которые приводят к определённым итогам.

Субъект может испытывать следующие эмоции:

  1. Безразличие.
  2. Огорчение.
  3. Гневность.
  4. Злость.

Им движет определённая мотивация и целевое устремление. Всё это причисляется к правонарушающим поступкам.

Субъекта привлекают к юридическому ответу за его реальные преступные деяния, произведённые осознанно по собственной воле. Этим лицо выражает негативное отношение к интересам личностей и общественности.

Субъективная сторона преступления в юридическом праве является неизменным, общеобязательным элементом любого преступного действия. Установить сторону можно по характеру психоэмоционального отношения нарушителя к содеянному социально опасному деянию.

Лицу, ведущему следствие нужно учитывать:

  • мотив преступника;
  • целеустремлённость;
  • внутреннее состояние.

В субъективную сторону входят два основных элемента:

Обязательно наличие первого элемента чтобы провести оценку деяния. Второй элемент позволяет просто определить, смягчить или утяжелить наказание.

Субъективная сторона незаменима как доказательная часть досудебного производства.

С её помощью:

  • определяются правовые нарушающие действия (бездействия) субъекта, но вина считается основополагающим фундаментом;
  • происходит квалификация любых противоправных деяний;
  • отделяются преступления между собой (административный от трудового).

При правильном определении содержания объективного элемента нарушения производят точную квалификацию деянию, определяются границы законного возмездия, исходящие из специфики цели, мотивации, вины.

К субъективной стороне правонарушения относят психоэмоциональное отношение человека к содеянному им преступлению, характеризующееся определёнными формами виноватости, мотивации, целей.

Вина является одной из ведущих составляющих стороны, но ею не ограничиваются.

В ходе расследования учитываются:

  • волевой;
  • интеллектуальный аспект вины.

Не принимают во внимание эмоциональную форму вины. Объясняется это трудностями исследований в определении реального психоэмоционального положения правонарушителя.

Устанавливая вину, в первую очередь определяется:

  1. Осознаётся ли человеком фактический характер и общественная опасность своего деяния (бездействия).
  2. Предусматривал ли он возможность или неизбежность социально опасных своих деяний.

Совместно с имеющеюся виной человека сопоставляют его волевые качества и поведение при совершении социально опасных действий. Важно определение, являлось правовое нарушение свободным действием проявления воли или человека ограничивали определённые обстоятельства, внутреннего или внешнего воздействия, затрудняющие свободное проявление воли.

В принципе вины заложено, что гражданин, осуществивший преступное деяние (бездействие) отвечает лично за его совершение.

Уголовным правом не признаётся ответственность за действия других лиц, из-за чего исключается юридический ответ:

  • родители за детей;
  • дети за родителей;
  • супруг за супругу и наоборот.

Также существует запрещающее правоприменение на привлечение человека к юридическому ответу за невиновное нанесение вреда. Если такое действие было предпринято по отношению к заведомо невиновному, то такое деяние наказывается согласно статье 299 УК и ст. 28 УК.

Виды вины

К разновидностям вины относится умысел – это самый опасный для общественности вид деяния из-за сознательного решения преступника совершить правонарушение, при котором он знает о влекущих негативных последствиях.

Умысел может быть прямым и косвенным:

  1. К прямым умыслам относятся стойкие целенаправленные действия (бездействия) гражданина, устремлённого совершить правонарушение и знающего о последствиях (проникнуть в жилое помещение с целью кражи, разбойное нападение).
  2. У косвенных замыслов имеются определённые отличия. Они тоже считаются высоко общественно опасными видами. Идентичность интеллектуального аспекта заключается в понимании человеком своих противозаконных деяний. Волевую составную в этом умысле объясняет безразличное отношение к результату, но не исключается вероятность их наступления. У правонарушителя прямо и чётко проводится акцент внимания на цель, мотивацию, действие, возможные последствия для него не останавливающий момент.

Заданием следователю будет точно определить вид умысла, например, покушение считается прямым намерением. Ещё требуется правильно установить индивидуальность роли лица в преступном деянии, было ли оно исполнителем, помощником, организатором.

К вине относят психоэмоциональное состояние человека к содеянному им правонарушению, к его последствию, выражающиеся в умышленности или неосторожностях.

Преступная легкомысленность. В понятие субъективной стороны правонарушения включены виды совершённых противозаконных действий по неосмотрительности.

Самая её распространённая форма носит называние – преступную легкомысленность, которая характерна тем, что для гражданина с чёткостью доходит понимание вероятности наступления отрицательного итога, но он с опрометчивостью верит о его не наступлении.

Данные, которые включает преступная легкомысленность:

  • возможность;
  • навык;
  • профессиональную способность;
  • нравственную черту.

Хотя они необоснованы. Объяснение интеллектуальных моментов в этом случае возможно тем, что субъектом понималось вероятное наступление негативного итога, а волевой – объясняется верой субъекта в его предотвращение. Легкомыслие преступника нельзя назвать равнодушным к любому последствию, у него нет желания в их осуществлениях, он с уверенностью проводит свои действия.

Преступная небрежность. Она не относится к особо социально опасным формам правонарушения. Человеком не предусматривается негативный итог, но он по профессиональным или иным обязанностям должен и может это сделать.

Существуют несколько основных моментов, которые определяют данный поступок как преступную небрежность:

  1. Обязанность. профессиональных, договорных, других обязанностей, требующих от человека повышенного сосредоточения, предугадывания всевозможных итогов.
  2. Возможность. Носит значение, что человек объективно понимал о наступлении вероятного ущерба.

Кратко в пример можно поставить служебную подложность, заключающуюся в занесении лицом, занимающим должность, в официальную документацию заведомо ложных сведений, но эти действия совершены из-за корыстных или личных побуждений. Бывает, что аналогичное действие, но содеянное с иной целью, чем указывается в статье, не относят к правонарушению.

Субъективную сторону правового нарушения в юридическом праве определяет следователь. Практика показывает, что различить между собой небрежность и случайность может опытнейший профессионал. Это означает, что гражданином не предусматривалось наступление негативных итогов, которых никто не ожидал, но они произошли в силу казуса.

Смешанную форму вины или двойную содержат некоторые статьи юридического законодательства. Следователь в первую очередь устанавливает изначальный умысел.

Самый обыкновенный пример – причинение тяжкого телесного повреждения:субъект нанёс потерпевшему травмы, приведшие его к кончине, то это правонарушение считается умышленным, так как характерно целенаправленностью – изувеченье гражданина.

Следователь может исключить намеренность виновного причинить потерпевшему смертельный исход, а не телесных повреждений.

Отличие является принципиальным из-за данных действий, охватывающих разный состав правонарушения, статью, отличие в тяжести наказания.

Поступок виновного может рассматриваться по-другому, где его вина будет определена через призму состояния здоровья пострадавшего. Для этого в обязательно проводят судебно-медицинское исследование трупа.

Виновный в действительности нанёс определённые травмы, но не желал смертельного исхода. Однако смерть пострадавшего наступила:

  • в связи с плохим состоянием здоровья;
  • ввиду определённой особенности тела, о которых виновный, естественно, не знал.

Тогда этот поступок относится к нанесению тяжких телесных повреждений без признаков причинения смерти.

Цель правонарушения является внутренней моделью желаемого итога, к нему стремится человек, совершая преступление.

Мотив преступления понятие и значение

В данной интерпретации мотивация является побудительной причиной, поводом к какому-нибудь действию.

В основе разнообразного образа жизни человека располагаются какие-либо стимулы, определяющие общественный расчёт, целевое направление. Значимость мотивов в поведениях людей отличается многообразностью.

У него в первую очередь побудительная роль, возрастает активность субъекта, стимулируются поступки.

Но даже реальными обстоятельствами не определяется однозначность поступков субъекта, они всегда целенаправленные и избирательные. Гражданином самостоятельно выбираются поступки, сообразуясь с обстоятельствами, личными намерениями, склонностями.

Важным составляющим субъективной стороны правового нарушения в юрисдикции является мотив социально опасного действия. Правильно распознать его сущность как квалифицирующий знак является важнейшим теоретическим, практическим значением для юридической ответственности. Повод есть понятие психологическое, раскрывающее внутреннюю природу людских поступков, их естество.

Общая психология связывает его с потребностями лица:

  • первичные (природные);
  • вторичные (материальное, духовное).

Мотивом раскрывается истинное содержание социально-опасного деяния. Им характеризуется общественно опасный поступок и личные данные правонарушителя. Правильно установленное определённое основание иногда с резкостью меняет юридически правовую оценку совершённому преступлению.

К мотиву правонарушающего поведения относится объединение:

  • причин;
  • мотивировочных факторов;
  • внутренних убеждений.

Вызывающие стремление у субъекта удовлетворить их с помощью преступного действия. Потребность, тесно связанная с воспитанностью, натурой, нравственными качествами человека.

Виды мотивов в российском уголовном праве их классификация взяты из научной психологии. Они пристроены к криминологии:

  1. Негативный мотив. Характеризуется антиобщественной, низменной окраской: эгоизм, злоба, корысть, месть, ненависть, зависть. Они почти всегда идут отягчающими обстоятельствами.
  2. Нейтральный мотив. Характерен безработицей, состоянием апатии, скукой.
  3. Положительный мотив. Взаимосвязан с альтруизмом, добротой, но это не значит, исключение уголовной ответственности, но смягчить наказанье они смогут. Примером служит специфический положительный мотив – эвтаназия. Больной, лишённый жизни медсестрой с гуманных побуждений, которая поддалась на просьбы обречённого помочь уйти из жизни безболезненно. Да, преступное действие совершено, хоть у него были благие намерения.

Мотивы присущи любым правовым нарушениям. Наукой юриспруденции не ставится существенная значимость того, что легло в основу совершённых деяний, какие психологические моменты в нём задействованы.

Психологические мотивы, моменты:

  • потребность;
  • интерес;
  • желание;
  • устремление;
  • ценностная установка.

По ходу квалификации деяния могут легко выступить мотивом правового нарушения. Например, ревность психологами отмечается чувством, по юридическим законам при исполнении убийства на её почве считается основанием преступного действия.

К мотивам правонарушения относят внутреннюю побуждаемость к достижениям определённых социально угрожающих результатов, вызывающих у субъекта решимость совершить правонарушение.

Цели преступлений

По мотивациям возможно ответить на вопросы почему субъектом совершилось правонарушение, то цель в российском уголовном праве – это ответ для чего человек его совершил. Мотивация, цели относятся к факультативному признаку.

Субъективную сторону правового нарушения характеризуют разнообразные моменты психологии, у цели доминирующая роль в исследованиях отклонений правонарушающего поступка. От её квалификации зависит признание действий виновными.

Некоторые преступные цели, незаконное обогащение, сокрытие иного преступного деяния, попытки ослабить государство, могут отягощать наказанье.

Цель правонарушения является интеллектуальным «продуктом» человеческой психики. Некоторыми учёными в своих монографиях она отмечена как волевой блок психики. Благодаря целям и основаниям появляются интеллектуальные моменты, в них отражается характеристика, социальное естество совершаемого субъектом поступка.

Цель правонарушения:

  • образ;
  • модель;
  • результат.

Это то к чему устремляется субъект, совершая социально опасное действие.

Цели подразделяются на следующие типы:

  • определённые и неопределённые;
  • досягаемые и недосягаемые;
  • реальные и абстрактные;
  • ближайшие, отдалённые, перспективные;
  • начальные, промежуточные, конечные;
  • прямые, опосредованные;
  • основные, неосновные.

Правильное определение мотивов и целей позволяет привлечь субъекта к юридическому ответу. Тем не менее некоторые основания и цели могут уменьшить социальную опасность, тяжесть определённых проступков. В законодательстве они указываются в некоторых составах правового нарушения.

Иногда, мотивы и цели правонарушения выставляются в качестве исключительных, смягчающих обстоятельств, обосновывающих назначение лёгкого наказанья за содеянное правонарушение.

Источник: https://ugolovnoe.com/pravo/motiv

Понятие мотива корысти в теории уголовного права и его отражение в УК РФ

Корыстный мотив в уголовном праве

Статья посвящена исследованию понятия мотива корысти в теории уголовного права. Анализируются основные проблемы и спорные нормы Уголовного кодекса РФ в обозначенной области.

Предложено авторское определение корысти как мотива преступления, а также сформулированы предложения по устранению недостатков в конструкции обязательных и квалифицирующих признаков преступлений, содержащих указанный мотив.

Ключевые слова: мотив преступления, корысть.

The article is devoted to the concept of the motive of self-interest in the theory of criminal law.

It analyses the main issues and controversial provisions of the Criminal code of the Russian Federation in the designated writing area.

Author's definition of self-interest as a motive for the crime, as well as proposals to address deficiencies in the design of the mandatory and aggravating circumstances of crimes that include the specified motive.

Key words: the motive of the crime, and selfishness.

Одним из распространенных мотивов преступления указанных в Уголовном кодексе РФ и часто встречающихся в судебно-следственной практике, является корысть. В то же время, несмотря на традиционность закрепления в отечественном уголовном законодательстве корысти (п. «з» ч. 2 ст. 105, п. «з» ч. 2 ст. 126, ст. 153, ст. 154, ст. 155, ст. 170, ст. 181, ч. 2 ст. 183, п. «з» ч.

2 ст. 206, ч. 1 ст. 245, ч. 1 ст. 285, ст. 292, ч. 1 ст. 325 УК и т. д.), до настоящего времени в уголовно-правой науке не существует единой точки зрения по вопросу о содержании данного мотива.

Эта особенность с неизбежностью выдвигает один вопрос принципиального характера, а именно — как же истолковывать корысть в законодательстве и судебно-следственной практике?

Прежде всего, необходимо отметить, что имеющиеся по этому вопросу расхождения касаются объема понятия корысти: ограничительного (узкого) и широкого толкования.

В частности, одни ученые под корыстью понимают материальную выгоду в широком смысле этого слова — получение денег, имущества, имущественных прав, права на жилплощадь и т. п., а также намерения избавиться от материальных затрат — уплаты долга, платежа алиментов и т. п. [3].

Другие полагают, что такое понимание корысти не соответствует общепринятому в русском языке понятию «корысть» как «страсти к приобретению, наживе» и что корысть означает получение новой материальной ценности, которой преступник не имеет, но хочет иметь [6, с. 66].

Третьи выдвигают предложение рассматривать корысть как материальную заинтересованность в её широком понимании [7, с. 76] и т. д. Положительные моменты той или иной позиции по данному вопросу были подробно рассмотрены в теории уголовного права, поэтому нет необходимости их излагать повторно.

Отметим лишь, что строгая ограниченность рамок понятия корысти крайне нужна для правильного отправления правосудия, в противном случае строгое соблюдение законности при квалификации преступлений невозможно.

В Постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 29 января 1999 г. «О судебной практике по делам об убийстве (ст.

105 УК РФ)» указывается, что корыстные побуждения направлены на получение материальной выгоды для виновного или других лиц (денег, имущества или права на его получение, прав на жилплощадь и т. п.

) или избавления от материальных затрат (возврата имущества, долга, оплаты услуг, выполнение имущественных обязательств, уплаты алиментов и др.) [4]. И хотя, — как справедливо отмечает Чхвимиани Э. Ж.

, решение Пленума Верховного Суда России не является законодательным актом, тем не менее указанное разъяснение существенно отличается от обычных доктринальных толкований, которые приводятся в уголовно-правой литературе, поскольку дается официальным государственным органом, полномочным давать такого рода разъяснения. Оно тем более важно, что в законе, как мы указывали, отсутствует дефиниция корысти как мотива [8, с. 35].

По мнению А. И. Рарога, в современной науке уголовного права наиболее распространенным является понимание корыстного мотива как стремления к материальной выгоде лично для себя или для других лиц, в судьбе которых виновный заинтересован [9, с. 757].

Такая трактовка корыстного мотива в настоящее время является господствующей и в современной науке уголовного права, и в судебной практике.

Однако приведенное положение представляется нам неудачным и неприемлемым прежде всего ввиду своей нечеткости.

По своему содержанию корысть не только связана с антисоциальным поведением, но она может породить только такое поведение.

В связи с этим, появление в сознании некоторых лиц корыстного мотива (чувства противоправной материальной выгоды) свидетельствует о беспредельно низком моральном уровне этого человека и крайней степени его социальной опасности.

Резюмируя изложенное, мы полагаем, что в целях преодоления в теории и практике противоречий в толковании понятия «корысти» целесообразно сформулировать следующее определение: корысть — это чувство противоправной материальной выгоды, обуславливающей стремление извлечь материальную выгоды для себя или для других лиц.

Указанное понятие корысти как мотива должно быть одинаковым для всех составов преступлений, так как теория и практика, безусловно, заинтересованы в том, чтобы один и тот же юридический термин выражал только одно содержание, одну сущность (данная точка зрения разделяется многими авторами) [2]. Такое понятие, как нам представляется, должно быть закреплено в уголовном законе, иначе, как показывает следственно-судебная практика, неизбежны разночтения в квалификации преступлений.

Изучение примеров из судебной практики, показывает, что мотив преступления, являясь признаком субъективной стороны, помогает правоприменителю правильно квалифицировать деяние и отграничить его от смежных составов преступлений. Например, похищение человека из корыстных побуждений (п. «» ч. 2 ст.

126 УК) предполагает похищение, совершенное в целях получения материальной выгоды для виновного или других лиц. При этом корыстный мотив возникает у виновного до начала совершения преступления, служит его психологической причиной.

Возникновение корыстного мотива после похищения человека, в процессе его удержания не может служить основанием для квалификации преступления как совершенного из корыстных побуждений.

Также на основе примеров из судебной практики, а также результатов проведенного автором социологического исследования, выявлены недостатки в конструкции обязательных и квалифицирующих признаков преступления содержащих указанный мотив, а также сформулированы предложения по их устранению.

Так, в частности, законодатель для обозначения мотива корысти прибегает к различным терминам (корыстные побуждения, корыстная заинтересованность и т. д.

), что свидетельствует об отсутствии четкой логики при законодательной формулировке данного мотива.

Поэтому, мы полностью разделяем предложение тех ученых, которые считают вполне обоснованным во всех подобных случаях использовать термин «мотив» [8, с. 15].

В связи с изложенным отметим неудачность формулировки определения хищения в примечании 1 к ст. 158 УК РФ, где указана корыстная цель, на что уже много раз обращалось внимание в юридической литературе.

Одни ученые исходят из позиции необходимости оставления термина «корыстной цели» в примечании, другие указывают на необходимость её замены термином «корыстный мотив» [1, с. 115]. Вторая точка зрения нам представляется правильной, однако она является недостаточно полной.

Вполне обоснованным представляется отражение в данной норме и мотива и цели, которая способствовала бы решению данного спора и привела бы к компромиссу. В связи с этим предлагается в примечание 1 к ст.

158 УК РФ внести изменения, заменив формулировку с «корыстной целью» на словосочетание «с корыстным мотивом и целью извлечения материальной выгоды».

Необходимо внести изменения и в ст. 170 УК РФ, ч. 1 ст. 181 УК РФ, ч. 1 ст. 285 УК РФ, ч. 1 ст. 292 УК РФ, ч. 1 ст. 325 УК РФ и изменить формулировку «из корыстной и иной личной заинтересованности» на «с целью извлечения выгод и преимуществ для виновного или других лиц». Также предлагается внести изменения в ч. 2 ст. 282 УК РФ, дополнив её п.

«г»: «с корыстным мотивом», так как в связи с проведенным исследованием установлено, что указанный мотив служит отягчающим обстоятельством данного состава преступления, за совершение которого уголовная ответственность должна быть усилена.

Таким образом мы не отрицаем теоретическую и прикладную значимость нормативного закрепления этого мотива в действующем законодательстве.

Следует отметить, что в данной работе рассмотрена лишь часть наиболее спорных норм Уголовного кодекса РФ, где явно прослеживается отсутствие четкой логики при законодательной формулировке корысти как мотива преступления.

Поэтому современное состояние обозначенной проблемы ещё далеко от окончательного решения всех научно-практических вопросов, что, в свою очередь, создает побудительный стимул к формированию новых направлений исследований.

Литература:

1.                  Кочой С. М. Ответственность за корыстные преступления против собственности. М., 2000. 343 с.

2.                  Никифиров Б. С. Борьба с мошенническими посягательствами на социалистическую и личную собственность по советскому уголовному праву. М., 1952; Сахаров А. В. Ответственность за должностные злоупотребления по советскому уголовному праву. М, 1956; Загородников Н. И. Преступления против жизни. М., 1961.

3.                  Побегайло Э. Ф. Умышленные убийства и борьба с ними. Воронеж, 1965; Акиянц М. К. Ответственность за преступления против жизни. М., 1964; Волков Б. С. Мотив и квалификация преступления. Казань, 1968; Загородников Н. И. Преступления против жизни. М., 1961; Наумов А. В. Мотивы убийств. Волгоград, 1969.

4.                  Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 199 г. «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1999. № 3. С. 4.

5.                  Степанищев А. В. Проблемы правового регулирования конфискации имущества: автореф. дисс. … канд. юрид. наук. М., 2000. 27 с.

6.                  Филановский И. Г. Социально-психологическое отношение субъекта к преступлению. Л., 1970. 171 с.

7.                  Харазишвили Б. В. Вопросы мотива поведения преступника в советском уголовном праве. Тбилиси, 1963. 155 с.

8.                  Чхивимиани Э. Ж. Уголовно-правовая характеристика корыстного мотива преступления и его значение в содержании субъективной стороны состава вымогательства // Российский следователь. 2011, № 6. C. 22–26.

9.                  Энциклопедия уголовного права: в 35 т. Т. 4 — СПб., 2005. (автор главы — А. И. Рарог). 840 с.

Источник: https://moluch.ru/archive/54/7445/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.

    ×
    Рекомендуем посмотреть