Можно ли воровать в супермаркетах

Как вычисляют воров в торговых центрах. Откровения охранников | ТЦ Лента Ярославль

Можно ли воровать в супермаркетах

Недавно в самом крупном торговом центре Ярославля задержали москвича, который приехал туда, чтобы приодеться.

Правда, сделать это мужчина собирался бесплатно, украв вещи из нескольких магазинов: мужчина навешал на себя одежды на 50 тысяч рублей. В обновках его и поймали охранники торгового центра.

Мы решили узнать, что чаще пытаются украсть в торговом центре и как это удается сделать у начальника охраны ТРЦ «АУРА» Вячеслава Чистякова.

— Как москвич пытался вынести все эти вещи, как их вообще выносят из магазинов?

— Людей, которые пытаются вынести вещи из магазинов в торговом центре, можно разделить на два типа: неподготовленные непрофессионалы и профессионалы, для которых это источник дохода. Профессионалы работают группами. Как раз тот случай, когда в торговом центре задержали москвича.

Видимо, обвинение предъявить смогли только одному, а действовало их трое. Приехали сюда на машине. Их и раньше здесь замечали. Как правило, такие группы перемещаются из одного города в другой по конкретным магазинам, потому что уже знакомы с тем, как будет действовать там охрана.

В организованной группе все роли распределены, есть так называемый «разведчик» — человек, который заходит в магазин, смотрит общую обстановку в магазине, что можно украсть, где находится охрана. Потом через мессенджеры сообщает всё своим подельникам.

Тут уже приходят один или двое других человек из группировки. Один пытается отвлечь на себя внимание сотрудников — специально поднимает шум. Как правило, при этом возмущается, что ему не на должном уровне оказываются услуги.

В это время другой, как раз когда продавцы и охрана отвлечены, и совершает хищение. То есть это довольно подготовленные даже психологически люди. Они за счёт этого живут.

— Люди-непрофессионалы — это кто?

— Приходят просто на удачу. Берут внаглую и выносят, как правило, в состоянии алкогольного или наркотического опьянения.

— Кто чаще ворует?

— Как правило, люди до 30 лет.

— Мужчины или женщины?

— Процентов 60 — мужчины, ну и женщины процентов 40.

— Вы можете, увидев человека, предположить, вор он или нет? Что во внешности или поведении выдаёт таких людей?

— Визуально это сложно определить, наверное, это уже профессиональное. Внешность может быть очень обманчива. У нас есть дорогие магазины, в которые молодежь и не заходит обычно, а ходят люди состоятельные: выглядят презентабельно, а выносят вещи всё равно.

Ворам проще, когда в магазине много покупателей

 Александра Савельева

— Что чаще пытаются украсть?

— И вещи, и технику — то, что можно быстро реализовать. Недавно молодой человек вынес из магазина техники ноутбук за 80 тысяч рублей. Его тоже задержали.

— Как можно незаметно вынести ноутбук? Он же не маленький. Это аппаратура, она же подключается на сигнализацию, которая срабатывает на «рывок» так называемый.

— Именно в этот момент сигнализация была отключена. Почему — это вопрос к сотрудникам магазина.

— Как выносят одежду?

— Я не сделаю открытия, если скажу, что есть такие системы «алармы». Есть видимые — пластмассовые, прикреплённые к одежде, а есть и невидимые — маленькие электронные, которые продавцы прячут в укромные места одежды. Они сигнализируют, когда похищенные вещи пытаются пронести через рамки на выходе из магазина.

Лица, совершающие хищение, придумали способы, как обойти это. Приходят с сумками, которые изнутри обшиты фольгой. Она не пропускает, экранирует сигнал от «аларма». Бывает, что даже одежду себе прошивают — делают подкладку пальто или пуховика из фольги. Заходят в примерочную, продавец вовремя не отследил, что с собой не три, а четыре вещи взяли.

Надевают на себя сверху такую куртку и спокойно выходят.

— В какое время года чаще воруют?

— Как правило, когда завозят новую коллекцию. Они же воруют не для того, чтобы где-то складировать похищенное. Ворам эти вещи надо сразу продать.

— То есть в сезон скидок краж меньше?

— Конечно, зимой же не будут летние вещи покупать.

— В какое время суток больше воровства?

— Время суток не важно. ТРЦ работает с 10:00 до 22:00. В основном, когда много народу. Проходимость торгового центра от 10 тысяч человек в будни до 25 тысяч — в праздники. Когда больше людей, ажиотажа, проще совершать хищение.

— Сейчас по сравнению с другими годами больше или меньше воровства?

— Каждый день в будни у нас бывает по три — четыре вышеописанные ситуации, когда мы пресекаем воровство из магазинов, а в выходные — еще больше. Сейчас упал достаток у людей, воровства больше стало.

Года два назад молодежь вообще воровала из какого-то спортивного интереса.

Останавливаешь, оказывается, что из хорошей семьи, живут в достатке, да и вещь вообще эта не нужна, просто друзья «на слабо развели».

Сезоны распродаж ворам неинтересны — ждут новых коллекций

 Александра Савельева

— Какой была самая дорогая кража?

— Года два назад в салоне мехов женщина шубу украла за 300 тысяч рублей.

— Как она это сделала?

— На себе. Воспользовалась невниманием продавцов, надела и вышла из магазина. Как картину из Третьяковки — с невозмутимым лицом.

— Как вы задерживаете воров? Позволяете им вынести вещи из магазина? 

— Юридически надо, чтобы человек завладел имуществом и вышел из магазина. Но охране в таком случае, конечно, сложно. Полиция может даже по подозрению в краже задержать, охрана — только в том случае, если продавец укажет, что данное лицо совершило хищение. По закону о частной охранной деятельности, мы не можем даже личные вещи досмотреть, если человек против.

— А что можете? 

— Придержать до приезда сотрудников полиции.

— Что значит «придержать»?

— Не ограничить его свободу перемещения, а объяснить, что у нас есть подозрение в совершении кражи, сообщить, что вызвали полицию, и попросить дождаться полицейских.

— Если не захочет ждать? 

— Если человек окажет сопротивление, то мы можем на это ответить. Законом это предусмотрено.

— Бывают недоразумения, когда у продавца возникло подозрение в краже в отношении невинного покупателя. Что делать в таких случаях?

— Я бы советовал не доводить дело до конфликта. Если вы ничего не украли и вы честный человек, покажите свои вещи. В этом ничего нет обидного, так весь цивилизованный мир живет. К чему эти ненужные амбиции? Уверяю, что цель охранника — не поковыряться в ваших вещах. цель — это ваша же безопасность и безопасность ваших близких.

Часто сталкиваемся с такой агрессией непонятной. Вызываем полицию, ведь, согласитесь, вызывает подозрение только то, что человек наотрез отказывается показать содержимое габаритной сумки. А это потеря вашего времени, происходит необоснованное отвлечение сотрудников полиции, возможно, от чего-то действительно серьезного.

Вспомните о звонках о заложенных взрывных устройствах в различных городах и в Ярославле в частности.

— Правда, что в примерочных установлены камеры?

— Что вы, это вмешательство в личную жизнь и уголовно наказуемо. Я видел, в интернете ходило фото, что якобы над примерочной в одном из ТРЦ висела камера. Это можно объяснить только тем, что камеры устанавливаются стационарно.

В торговых центрах постоянно происходит смена магазинов, меняется планировка и примерочная могла оказаться уже в другом месте, а камеру уже не снять. Но в таком случае камера отключается.

В нашем ТРЦ установлено порядка 300 видеокамер, и я вас уверяю, что таких фактов у нас нет.

Источник: https://lenta.r76.su/news/466

Откровения магазинных воров:

Можно ли воровать в супермаркетах

…Мы общаемся в популярной социальной сети, сразу договариваясь: никаких адресов, явок, паролей, только ник.

Мой собеседник любит фантастику. Ему 27. Шоплифтер с трехлетним стажем. Несмотря на высшее образование, работает оконным мастером по вызову, но денег на красивую жизнь все-таки не хватает. Расспрашиваю его о том, как все начиналось.

— Сейчас у меня нет страха, потому что я знаю, что делаю, как это нужно делать и что мне за это может быть. А первое время я чувствовал дикий страх и адреналин. Это настоящий разрыв шаблона. Человек даже не представляет, насколько глубоко в подкорке сидят эти моральные устои.

Тебе постоянно кажется, что охранники все знают и просто делают вид, что не наблюдают за тобой. Когда выходишь из магазина, наступает некое опустошение: А после 5–10 раз приходит самый опасный момент: теряется бдительность, аккуратность, внимательность.

Ты уже начинаешь жадничать, брать больше и чаще, чем нужно.

— Случались ли провалы?

— Да, но нечасто. У меня было всего 5 раз из более чем тысячи заходов — думаю, неплохая статистика.

— Как это было?

— Маленький супермаркет. В первый день «взял» (украл. — Авт.) бутылку хорошего виски. Дня через три снова этот же магазин, тоже алкоголь. Там монитор видеонаблюдения прям возле кассы, так что видно, когда за залом следят.

Я заметил, а они увидели, что я занервничал. Купился на то, что сняли человека с наблюдения. В общем, надо было выложить товар, а я пожадничал.

Оказалось, за эти дни был перерасчет, и пропажу заметили, по видеокамерам вычислили и ждали…

— Пользуетесь ли какой-нибудь спецтехникой?

— У меня есть магнит-съемник, но я с ним не хожу. Если с ним попадешься, это будет уже совсем другой разговор с охраной. Хватает и того, что можно без него взять: мясо, рыбу, кофе, химию, шоколад. Все самое лучшее.

— В общем, на скромных товарах специализируетесь.

— Я не охотник за трофеями, поэтому беру то, что нужно, в пределах суммы административного правонарушения. Бутылка хорошего виски или коньяка — это максимум.

…Магазинные воры — головная боль крупных торговых центров. Суммы потерь могут доходить до миллионов рублей. Пожалуй, самый чувствительный урон наносят шоплифтеры.

Чаще они орудуют в одиночку. За сговор наказание строже, это уже статья 158 УК РФ, часть 2, пункт «а» — «Совершение кражи группой лиц по предварительному сговору».

Еще недавно шоплифтеры ограничивались кражами товаров не дороже одной тысячи рублей — это лишь административная ответственность.

Чаще всего стороны договариваются об уплате штрафа в размере до пятикратной стоимости похищенного, но бывает, дело заканчивается административным арестом на срок до 15 суток. Правда, все это не касается рецидивистов.

flickr.com Недавно Госдума наряду с побоями декриминализировала и мелкие кражи до 2,5 тысячи рублей, но магазинные воры все равно стараются не рисковать.      

На одном из тематических форумов пойманные с поличным шоплифтеры делятся переживаниями. «Мне за 420 р. дали 240 часов исправительных работ, хотя я не успел распорядиться похищенным и был задержан на крыльце магазина, — жалуется некий Саня. «Взял бутылку коньяка за 800 рублей, поймали в магазе на кассе, по полной 15 суток!» — вторит ему Виктор А.

«Вот и меня поймали. Думала, что такого со мной не произойдет, — делится Яна. — Взяла на 700 рублей косметики, расплатилась другим товаром. Выхожу, а за мной охранник. Завели в подсобку, грозили, что вызовут полицию.

Минут 10 уговаривала. Хорошо, что начальник службы безопасности хороший мужик оказался. Отпустил, а могла бы сегодня ночевать в «обезьяннике». Пришлось оплатить в тройном размере.

Такого стресса никогда еще не испытывала…»

Внешне шоплифтеры никогда не выбиваются из толпы: одеваются аккуратно, ведут себя неприметно. Излюбленные места — гипер- и супермаркеты. Осенью и зимой краж на 30–40% больше, чем в весенне-летний период.

Это понятно: воришкам под теплой одеждой легче спрятать украденное. В выходные и перед праздниками количество краж возрастает.

В рабочие дни пик приходится на 17–20 часов, когда в торговом зале много покупателей, и за каждым уследить невозможно.

Тащат все, что плохо лежит. И алкоголь, и косметику, и одежду, и инструменты, и продукты питания. В аптечных сетях самообслуживания тырят обезболивающие, витаминные, противозачаточные препараты и лечебную косметику.

По статистике, больше всего страдают магазины, торгующие брендовой косметикой и парфюмерией.

Учитывая уровень цен, можно себе представить, что за несколько минут шоплифтеры наносят магазину ущерб на пару-тройку десятков тысяч рублей…

Изобретательность воришек не знает границ. Есть умельцы, способные напялить на себя три пуловера, незаметно сунуть в карман несколько пар дорогих трусиков или натянуть костюм вместе с вешалкой. В одном из сетевых магазинов известной марки поймали иностранку, которая пыталась вынести под одеждой сорок деревянных ароматических шариков!

Если бдительный продавец или охранник заметят, что очередной злоумышленник прячет, к примеру, плоскую бутылочку коньяка во внутренний карман куртки, ничего сделать нельзя. Клиент всегда прав, даже если ему почему-то удобнее нести вещь за брючным ремнем, а не в корзине.

В такой ситуации персоналу остается только одно — ненавязчиво сопровождать покупателя до кассы, оставляя ему возможность оплатить покупку. Опытные воришки, почуяв неладное, избавляются от товара в торговом зале и покидают магазин с пустыми руками. Кого-то задерживают на выходе или преследуют на улице. Пару раз я была свидетелем такой погони.

Догнать молодого, спортивного мужчину не всегда удается. Это вам не бабушки с пачкой масла или творога — легкая добыча для магазинных секьюрити.

…Сергей — админ одной из групп в соцсети и гуру в этой области. К шоплифтингу пришел несколько лет назад, когда это движение было на пике популярности. Его родители ничего не знают об опасном хобби двадцатилетнего сына-студента, в тайную жизнь которого посвящены только некоторые друзья, как правило, разделяющие «увлечение» шоплифтингом.

Сегодня его паблик достаточно раскрученный и насчитывает свыше трех тысяч участников. Это не так уж мало для сообщества, не раз подвергавшегося блокировке. Но «свято место» пусто не бывает: на месте закрытой площадки тут же появляется другая.

Вход в группу теперь платный. Сумма чисто символическая — 50 рублей, но это только первый фильтр, отсеивающий ненужных людей, случайных и любопытных. Дальше включается своеобразный фейс-контроль. Опытный админ на раз-два вычисляет нежелательный контингент, от которого можно ожидать неприятностей.

А чтобы случайный посетитель чего-нибудь не подумал, на сайте паблика написано: «Мы не призываем людей воровать и не несем ответственность за ваши поступки. Мы не обучаем воровству. Мы не знаем, где и что можно украсть. Воровать плохо, никогда этого не делайте!» Завершает эту сентенцию смайлик — куда ж без иронии?

— Группы постоянно блокируются, — сетует Сергей, — раньше их было много, а число подписчиков достигало 100 тысяч. Но сейчас их осталось всего несколько, и админам приходится делать их закрытыми, либо очень ответственно подходить , чтобы группу не заблокировали из-за цензуры.

О шоплифтинге Сергей в свое время тоже узнал из Интернета, а точнее, из того самого известного сообщества, которое было в итоге заблокировано. Не секрет, что такие интернет-площадки становились «школами жизни» для начинающих. Там можно было легко приобрести оборудование для магазинных краж.

— Спустя неделю после нахождения в группе мне захотелось попробовать все на практике, уж очень был вдохновлен контентом, — рассказывает он. — Решился не сразу, и первый раз был психологически очень тяжелый.

Самым трудным стал момент, когда прячешь товар, но когда это было сделано, то появлялось некоторое облегчение, подобное «ну всё, назад пути нет». В принципе, эти ощущения присутствуют каждый раз, но со временем ты их замечаешь все меньше и меньше.

После каждого успешного выноса присутствует эйфория, а сам процесс лифтинга можно сравнить с квестом.

Интересуюсь экипировкой опытного шоплифтера.

— Экипировка нужна только для товаров с «алмарами» — магнитиками и наклеечками, но этими средствами защиты снабжен не весь ассортимент, а в основном только дорогие вещи: одежда, алкоголь, книги, техника, — Сергей не скрывает секреты ремесла.

flickr.com

Он промышляет в основном продуктами, алкоголем, одеждой. На парфюм и технику не покушается, считая, что это достаточно рискованное занятие. Очень часто выносит бытовую химию (шампуни, зубные щетки и т.д.). Но обычно старается особо много не набирать, так как при превышении определенной суммы при задержании административная ответственность может легко поменяться на уголовную.

— У меня нет цели заработать на этом «деле», и поэтому не вижу смысла в больших рисках. Лично я больше ищу в шоплифтинге острые ощущения. Мне кажется, этим мы и отличаемся от тех же старушек, которые оказываются заложниками обстоятельств и просто вынуждены идти на кражу, чтобы хоть как-то прожить.

— Получается, что шоплифтинг — это философия? Ваши единомышленники называют процесс «освобождением товара»…

— Идейная составляющая, если в двух словах, заключается в том, что магазины делают большую наценку на продукты, а также закладывают в стоимость проценты на случай, если товар будет украден, испорчен и т.д., плюс налоги. Поэтому, если выносить вещи бесплатно, я не оплачиваю все эти накрутки магазина.

Пока другие пользователи социальных сетей постят кошечек-собачек и прочее ми-ми-ми, новые робин гуды вывешивают в группах свои магазинные «трофеи». Чем дороже товар, тем круче. Если кому-то хочется просто похвастаться, то кто-то включает маленький бизнес: «Выбираете одежду в … (следует название торгового комплекса), я покупаю ее и продаю со скидкой 50%. Все просто и БЕЗ ПРЕДОПЛАТ!»

На странице одного из сообществ мне встретилось такое экзотическое предложение, как возможность поучаствовать в шоплифтинг-сафари. Желающим гарантирован мощный выброс адреналина. Целевая аудитория — те, кому хочется почувствовать себя настоящими шоплифтерами. Надо ли говорить, что специфическая противозаконная услуга предназначена только для состоятельных людей.

«Проверь себя на смелость и ловкость! Прояви свои аналитические способности!» — призывает автор идеи. Спрашивается, при чем здесь сафари? При том, что, оказывается, шоплифтинг — это та же охота, вот только «зверь», на которого придется идти, намного умнее и коварнее четвероного обитателя африканских джунглей.

«В шоплифт-охоте у всех шансы равны. Шоплифтер борется за то, чтобы незаметно вынести нужную вещь, охранники или консультанты делают все, чтобы не дать этот товар вынести».

Для тех, кто сомневается в законности магазинного сафари, следует пространное разъяснение: якобы нарушения Уголовного кодекса не будет, так как «трофей» совсем не обязательно оставлять себе. Его следует вернуть в магазин так же незаметно, как вынесли.

Ну, а если участник игры не захочет расстаться с вещью, вся ответственность ложится на его плечи, ибо никто не призывает воровать. Шоплифтинг они по ощущениям приравнивают к экстремальному виду спорта. Но и это еще не все.

На сафари новичку обеспечено сопровождение в лице экскурсовода и консультанта, причем в роли выступят лучшие шоплифтеры с богатым опытом.

Что будет с «охотником», если его «обыграет» охранник? Чтобы рассеять последние сомнения потенциального клиента, ему объясняют, что даже в этом случае он ничем не рискует. Достаточно заплатить за украденный товар или… просто сослаться на игру, показав переписку!

Представляю себе реакцию охранника, который неожиданно для себя стал участником криминальной игры! Думаю, что финишировать игроку придется уже в полиции.

В социальных сетях движение шоплифтеров достаточно еще популярно. Они рекрутируют все новых и новых наивных и доверчивых, верящих на слово пользователей в свои ряды. Особенно падки на красивые слова и сказки про адреналин несовершеннолетние. Им ведь не очень свойственно думать о последствиях…

А подумать стоит.

Совершенно очевидна противозаконная подоплека подобного «хобби», и не важно, будет это только административное правонарушение или уголовное преступление, отпустит вас дяденька-охранник или пойдет на принцип, подобный эпизод в биографии может испортить вашу молодую репутацию и иметь печальные последствия в будущем, когда винить придется только самого себя, а не тех, которые вывешивают трофеи в соцсетях.

В России нет отдельной статистики по учету краж, совершаемых так называемыми шоплифтерами в торговых сетях. Но, по данным американской Национальной ассоциации предотвращения краж в магазинах (NASP), каждый одиннадцатый человек хотя бы раз в жизни занимался шоплифтингом.

Профессионалов среди магазинных воров не много, всего около трех процентов. Больше половины взрослых шоплифтеров дебютировали в подростковом возрасте.

Так что иногда, наверное, неплохо присмотреться к увлечениям и хобби своих детей, чтобы вовремя заметить, где они находят свой адреналин.

Источник: https://www.mk.ru/social/2017/12/07/otkroveniya-magazinnykh-vorov-za-tysyachu-zakhodov-poymali-pyat-raz.html

Кто заплатит за воровство в сетевых магазинах – Статьи – Мнения газеты «Солидарность»

Можно ли воровать в супермаркетах

Как-то я стал невольным свидетелем разговора попутчиков в автобусе, громко обсуждавших, где поесть. И один из них предложил пойти в соседнюю “Пятерочку”: там, мол, легко украсть. Тогда я впервые задумался об услышанном. А ведь действительно, почему в народе зародилась такая молва? И почему предприниматели с этим мирятся, а государство “не видит” проблемы? Попробуем разобраться.

ОЦЕНКА ПОТЕРЬ

Но стоит ли проблема того, чтобы ее обсуждать? Несколько цифр. Общие товарные потери в РФ оцениваются примерно в 6 млрд долларов в год, или 1,1 – 1,2% от товарооборота. Для сравнения: в Германии потери – 6,6 млрд, в Великобритании – 5,1 млрд, во Франции – 4,6 млрд долларов.

В общем, мы “на уровне”, а если учесть территорию и население – то выглядим “нормально”. Но если вспомнить о курсе рубля к доллару, то ситуация резко меняется. В продовольственной торговле потери у нас значительно выше – до 3% от товарооборота, притом что в Англии – 1,75%, Франции – 1,6%, Швейцарии – 0,87%.

Интересно, что в крупных торговых сетях ситуация чуть лучше: в “Магните” потери около 2%, в X5 Retail Group – 2,5%. И это все – воровство?

Нет. В составе этих потерь есть и так называемые объективные, или технологические, потери: бой, порча по сроку годности, усушка и т.д. По сути, затраты на организацию продаж, и от них никуда не деться.

Чем больше свежего или дорогого товара, тем больше будут эти потери. Задача торговых сетей – снизить их за счет автоматизации и заинтересованности сотрудников. Но не это – тема для данной статьи.

Нас интересует вторая составляющая – субъективные (необязательные) потери, то есть от воровства.

Так, в X5 Retail Group с оценкой суммарных потерь 2,5% от оборота объективные потери не превышают 1%; значит, на воровство приходится не меньше 1,5%.

Много это или мало? Считаем: оборот компании в 2018 году составил 1,53 трлн рублей; получается, от воровства компания потеряла почти 23 млрд – огромные деньги! Как же компания допустила такое, почему не борется с этим явлением? Борется, конечно, но она ведет бизнес в сложившихся условиях: если что-то экономически целесообразно – делает, если невыгодно или недоступно – приспосабливается.

КТО ВОРУЕТ

Посмотрим, из чего складываются эти потери в сетевых магазинах самообслуживания, подавляющая часть которых – дискаунтеры (магазины у дома) с максимальной экономией затрат на персонал и охрану. Приблизительно половину ворует персонал, вторую – покупатели (меньшая их часть!).

Среди персонала отличаются кассиры (50%), сотрудники распределительных центров и водители (примерно 20%), грузчики и работники торгового зала (30%).

А среди покупателей можно выделить тех, кто ворует из-за отсутствия денег (в том числе дети); клептоманов – или воров по причине болезни/интереса; ворующих “за идею” (“страна меня “кинула”, имею право”); ворующих профессионально (постоянно и/или в составе “бригады” – эти самые страшные).

Почему с ними не борются и не ловят? Борются, и очень даже ловят. Причем наиболее эффективно их ловят сотрудники магазинов, если руководитель сплотил коллектив. Ловят сотрудники ЧОПов, которые охраняют магазины (хотя и сами могут воровать!), службы безопасности торговых сетей.

За последнее время даже в дискаунтерах появились камеры видеонаблюдения, противокражные рамки… Но максимум, чего удается достичь, – сдерживать рост потерь. А может быть, стоит добавить персонал, контролеров – и все будет хорошо? Нет, это требует сопоставимых денег.

Да и не могут даже крупные торговые сети решить проблему. Не ими она создана.

ОТКУДА ПРОБЛЕМА

Попытаемся разобраться. Остановили на кассе покупателя жвачки после расчета: видели, как положил во внутренний карман куртки две бутылки коньяка на сумму 1500 рублей. Охранник вежливо предложил предъявить то, что во внутреннем кармане. А вор отказывается – имеет по закону такое право! Требовать что-то, досматривать – имеет право только полицейский.

Вызываем полицейский наряд звонком в службу 02 (звонить в ОВД не хочется, будешь долго рассказывать, что украли). Едут с полчаса, а то и дольше. Вора приходится не отпускать, а он, понятно, играет на публику, кричит, что задержали честного человека. В магазине растет напряжение.

Наконец приезжает наряд. Полицейский просит предъявить украденное, после чего спрашивает у персонала, на какую сумму кража. Узнает, что на 1500 рублей в розничных ценах. “А в закупочных, а без НДС?” – следуют вопросы. Узнав, что закупочная цена украденного 800 рублей, теряет интерес, предлагает провести разъяснительную работу и… отпустить.

Но если настоять, начинается ад. Надо написать заявление, пригласить понятых, получить объяснения от вора и тех, кто его остановил, предоставить копии накладных и уставных документов, приказ о назначении директора. Допустим, ты все это выдержал, полиция увезла вора. Через полчаса он может встретиться тебе на улице и… помахать рукой. А вечером зайти в магазин снова.

Почему же так происходит? Прежде всего, работает “человеческий фактор”. Ну не хочется полицейскому составлять кучу бумаг, если он знает, что прокурор откажет в возбуждении дела ввиду малой ценности украденного! И прокурор опирается на букву закона. Но, может, законодатели недосмотрели? Да нет, их тоже можно понять.

Если всех воришек судить, то надо потратить бюджетные деньги на содержание в отделении, оформление дела, суд, истребование штрафа или содержание в заключении, если до этого вдруг дойдет. Проще отпустить. Пусть подворовывают, но так снижается социальное напряжение.

Пенсионер “забывает” о маленькой пенсии, безработный не очень стремится защищать право на работу и т.д.

КТО ПЛАТИТ: ПО ЗАКОНУ И НА ПРАКТИКЕ

Так что же, все оплачивают торговые сети? Но это как посмотреть.

В какой-то части – да, сети тратят деньги на профилактику воровства: ставят рамки, вешают на товары разного рода метки, содержат контролеров… Но все эти расходы, как и ожидаемые потери, включают в наценку. (Правда, при высокой конкуренции прибыль все-таки снижается, но это все равно выгоднее, чем содержать дополнительную охрану.)

Выходит, потери от воровства оплачивает добросовестный покупатель? Совершенно верно! Это своеобразный неформальный налог на всех нас.

Но не только. Часть убытка возмещает персонал магазинов, который в нашей стране вынужден заключать коллективный (бригадный) договор, где оговорена материальная ответственность (наследие социализма, притертое к современной реальности).

Воровал сам или нет, а обязан оплатить часть недостачи, если магазин по итогам инвентаризации не вписался в установленный норматив товарных потерь. Причем в недостаче учитывается товар, украденный неустановленными лицами. В начале 2000-х годов эти выплаты достигали 2/3 зарплаты.

Сегодня процедура стала гуманнее: по закону, удержания из зарплаты не могут превышать 20% месячного начисления. Ну так сети практикуют удержания из премиальных: работники просто лишаются премии частично или полностью.

Но это неправильно! Многократно говорил и повторяю: сотрудник магазина не должен понуждаться к оплате недостачи, если не установлена конкретная его вина. За сохранность товарно-материальных ценностей должна отвечать служба безопасности сети, охранники из ЧОПов. И это давно поняли за рубежом. А мы всё никак не изживем практику недавнего прошлого.

*   *   *

Как же бороться с такой несправедливостью? Да вспомнить о достижении того же самого прошлого – о профсоюзах, защищающих интересы работников.

Например, профсоюзы американских компаний Wal mart, McDonald’s, Burger King уже несколько раз за последние годы смогли добиться пересмотра оплаты и условий труда. Но и у нас есть положительные примеры (вспомним профсоюзные ячейки на “Форд Соллерс”).

Или борьбу водителей сети “Перекресток” за улучшение условий труда. Жизнь показывает: все меняется, если хотеть изменений.

КОММЕНТАРИЙ

Сергей Филин, председатель профсоюза “Торговое единство” РФ:

– Профессор Чеглов дал исчерпывающую характеристику такому явлению, как воровство в розничной торговле. На мой взгляд, с этим источником потерь сложнее всего бороться администрации в крупных розничных сетях.

Как было сказано выше, часто хищения совершают или сами сотрудники, или служба безопасности, работающая по договору аутсорсинга, или покупатели.

А среди потребителей, думаю, понятно, какие категории чаще всего воруют в магазинах: малообеспеченные и находящиеся на пороге отчаяния люди, или потерявшие работу, или трудные подростки.

Но почему же сотрудники предприятия совершают хищения фактически на своем рабочем месте? Ответ не всегда очевиден, но причинами таких поступков часто являются низкая зарплата работников магазинов; высокая текучесть кадров в розничной торговле экономически развитых регионов из-за невысоких зарплат в отрасли и притока низкоквалифицированных кадров, без профессионального образования и опыта; неоплата сотрудникам магазинов переработок; депремирование за невыполнение плана продаж; необязательность индексации зарплат работодателем; наказание коллектива за потери – по договору о материальной ответственности.

Если разбираться, то все эти причины имеют социальный характер: низкие зарплаты и регулярное депремирование сотрудников низшего звена в розничной торговле компенсируются “натурой”, полезной в домашнем хозяйстве “расхитителей капиталистической собственности”. В основном похищаются продукты, алкоголь, хозяйственно-бытовые товары.

Искоренить это позорное явление для российской розничной торговли возможно при следующих условиях:

– достижение достойного уровня зарплаты низшего звена;

– повышение престижа профессии в торговле;

– регулярная индексация зарплаты работников в зависимости от уровня текущей инфляции.

А эти вопросы как раз и находятся в поле зрения профсоюзов, выступающих в защиту интересов работников торговли.

Источник: https://www.solidarnost.org/Blog/cheglov/Kto_zaplatit_za_vorovstvo_v_setevyh_magazinah.html

«Воруют абсолютно все». Как устроена работа охранника супермаркета

Можно ли воровать в супермаркетах

«Проспект Мира» анонимно поговорил с бывшим охранником крупного супермаркета о ворующих покупателях и сотрудниках, о скучающих дамах в шубах и профессиональных ворах-гастролерах — и о том, почему вневедомственная охрана была лучше Нацгвардии.

Я работал охранником в супермаркете в ночную смену два года, с шести вечера до шести утра. Собеседований там как таковых нет. Тебе дают три дня на стажировку, и если нормально себя показал, то берут. Поэтому бывает, что устраивается какое-нибудь быдло районное, которое: «Эй, слышь, иди сюда, показывай, что в карманах». Из-за них охрана в супермаркетах ассоциируется с дерзостью и грубостью.

На самом деле ты должен расположить к себе человека. Даже если он что-то своровал, если посылает на [далеко], нужно вежливо обращаться: «Здравствуйте, пройдемте, пожалуйста». Если только это уже не конкретная наглость, когда у чувака из одного кармана бутылка водки торчит, из другого — палка колбасы.

Как воруют?

Охрана в красноярских супермаркетах работает по-разному. В «Красном яре» основная задача — смотреть в камеру, а в зале ты дежуришь, когда большой поток покупателей идет. В «Командорах», «Аллеях» и других гипермаркетах ты, наоборот, стоишь на кассе или по залу шорохаешься.

Отдельная тема с дискаунтерами. Когда они только появились, охраны там не было вообще. По крайней мере, в «Батонах». Люди это чокнули и выкатывали оттуда товар просто корзинами. Недостачи были на 200-300 тысяч за месяц. Появилась охрана — всё затихло ненадолго. Если в супермаркетах воруют по чуть-чуть, то в дискаунтерах оптом.

Я отработал два года, и за это время у меня чуйка выработалась на подозрительных личностей. Хожу по супермаркетам и вижу, как люди просто по дикой таскают.

Недавно один чувак в гипермаркете вынес в шапке стопку шоколадок «Киндер». Говорю охраннику: «Друг, у тебя сейчас человек с полной шапкой ушел». А он клювом щелкает: «Где?» — «Вон, в бахилах красных».

То есть по магазину ходил чувак в красных бахилах, но никто на него внимания не обращал.

Воров выдает поведение. Большинство прохаванных жульбанов или просто взрослых людей, задумавших кражу, смотрит на потолок — вычисляют камеры. Если человек посмотрел в камеру, он точно что-то сделает. Молодежь — они отморозки, на камеры не смотрят вообще: несут что-то в руках, хоп — и в карман.

Что воруют?

Большинство краж происходит на кассах: шоколадки, жвачки и всякая другая мелочь. Там в очередях собирается куча-мала и за всеми уследить сложно. Распихивается всё по рукавам и карманам. Зимой проще, потому что у всех шапки, шарфы, пуховики с большими карманами и капюшонами.

Большой популярностью пользуются товары, которые у нас называют «группа повышенного контроля». Это станки для бритья по косарю, крема по 300-400 рублей за баночку — они легко влазят в ладонь и в карман. Красная икра, красная рыба, кофе и элитный алкоголь: коньяк, виски, бренди, настойки. Водка не элитка, но ее тоже воруют.

Вообще всё зависит от человека: студенты воруют мелочовку, бабулька никогда не возьмет шоколадку или жвачку — ей надо сыр или колбасу. Еще бабульки очень любят кофе.

Кто ворует? Бабульки, студенты, бомжи и дамы в шубах

Воруют абсолютно все.

В супермаркете на Мира воровала женщина, которая ездила на «мерсе» в последнем кузове и ходила в шубе тысяч за 300. Она просто выносила корзину с продуктами, делая вид, что идет к банкомату у выхода. Тыкала в банкомат, смотрела, что за ней никто не вышел, и уходила.

Она так четыре раза корзину выносила, пока её не поймали. Зачем? Ради прикола, говорит. Богатые люди воруют ради экстрима. Средние слои населения просто не хотят платить. Мне женщина одна говорила: «Да я на полторы тысячи у вас купила, еще и 70 рублей за сыр платить?!»

Один раз мы приняли полицейского в форме и при погонах. Он ходил по залу и просто набивал мелочевкой карманы. Мы с напарником его завели в каморку охранную — он целую гору шоколадок и жвачек на стол вывалил. Мы просто офигели: «Ты серьезно?!» — «Да вообще плевать, — говорит. — Чё вы мне сделаете?». Ну, мы наряд на него вызвали.

Бомжи ходят, наверное, по всем центровым магазинам. А с бомжа и взять-то нечего — он даже за бутылку водки, которую украл, не сможет рассчитаться. Ты его трясешь, хлещешь, орешь на него, но проходит дня два и он опять приходит воровать. Спрашиваешь у него: «Ты совсем [рехнулся], что ли?» — «А что мне делать? Я есть хочу».

Любят воровать бабульки, которые приходят со своими сумками, котомочками — большими вещмешками такими. Такая бабка не пользуется корзинками, она накидает все в сумку, а на кассе что-то из этого не вытаскивает. Доходит до того, что когда видишь бабушку, ставишь «зарубки» на бумажке, сколько товаров она себе положила, а потом на кассе вычеркиваешь, сколько из них выложила.

Когда ловишь бабушек, они всё отрицают до последнего: «Это мое», «Это не из вашего магазина» или «Это я раньше сюда заходила, тогда и купила». Некоторые даже когда мотаешь запись, где она эту колбасу в сумку кладет, всё равно говорят: «Да это не я».

Конечно, они пользуются своим возрастом: приступы удушья разыгрывают, эпилепсию, инфаркты, истерики, слезы, угрозы. У меня была одна бабуля — она за раз изобразила вообще все болезни, какие бывают. Бывали случаи, когда ты бабулек отпускал, чтобы они на кассе расплатились, а те просто убегали.

Студенты воруют. Знакомый охранник рассказывал, что «Командор» на Вузовском каждый месяц закрывается с недостачей тысяч в 300. Магазин, во-первых, стоит возле общаг СФУ. Во-вторых, там камеры ужасно неудобно расположены: ты просто не видишь, что происходит. А зайдет толпа тувинцев, человек пятнадцать, и ты попробуй усмотри за всеми.

Кто ворует? Рецидивисты и гастролеры.

Как-то в магазин зашел чувак, который у меня сразу вызвал подозрение. Чмошник такой, шел по залу и что-то хавал: положил в кабинку свою сумку, горсть чего-то оттуда вытащил, идет и хавает. Потом взял корзину покупательскую и начал просто охапкой сметать с витрины всё: пять палок колбасы, две головки ламбера, молоко, еще что-то. Прямо с горочкой корзина получилась.

В хлебном отделе остановился, повернулся к камере спиной – вроде как печеньки выбирает. Долго так стоял, елозил чего-то, я думал, печенье ест. Вот он поворачивается — а у него корзина почти пустая.

Я почти подпрыгнул, думаю: куда ты дел это всё? А чувак в пуховике был, под ним свитер вязаный такой, широкий. Он куртку распахнул и у него в этой кофте огромный такой «аппендикс» из товаров торчит.

Он его — хоп за спину, куртку застегнул и пошел вразвалочку на кассу.

Встает в очередь, в корзине — два пакета молока и брынзы кусочек. А очередь долго тянется и он эту корзину оставляет на кассе, идет к выходу. Я всё это время на низком старте ждал, чтобы его не спугнуть.

Чтобы понимать: в кассовой зоне на полу в супермаркетах наклеена полоска. Пока человек за ней — он в магазине, ему нельзя ничего предъявить; перешагивает эту полоску — он вне магазина, можно задерживать.

Я вышел из охранки, думаю: беги, чувак, просто беги. А он наоборот — останавливается, достает из кармана духи, брызгается ими, вытирает лицо платком, потом кладет всё это в карман — и на выход.

Подходит к кабинке, достает свою сумочку и опять хавает стоит. И только тут разворачивается и видит меня. Бежать уже поздно, что делать, он не знает — и он начинает плакать. И шепчет: «Не бей.

Пожалуйста, только не бей».

В конечном итоге его три наряда приехали принимать: чувак в двух розысках был, с тремя непогашенными судимостями, и у него еще при себе кусочек кое-чего нашли. Он на меня заявление написал, что я его избил, хотя я его пальцем не тронул. Через пару дней его закрыли, но он перед этим еще один супермаркет успел тысяч на пять обчистить — вынес в семь утра элитной алкашки.

Еще развелось много воров-гастролеров, которые действуют по одной схеме. Двое парней заказывают таксишку, проезжают по магазинам и в каждом что-то воруют.

Заходят оба, потом разделяются и один отвлекает на себя внимание мелочевкой — допустим, шампунь за пазуху прячет.

Ты это видишь, думаешь: «Ага, поймал тебя», а второй в это время по-тихому бутылку вискаря сует в штаны, выходит, прыгает в тачку и всё. Первый остается и на кассе оплачивает товар, который как бы только что крал.

Покупают на сто рублей, крадут на полторушку. Они берут только дорогие товары: банки кофе по 600 рублей, алкашку по две-три тысячи, икру, бритвенные станки. И это секундное дело, ты просто даже не успеваешь понять, что произошло. В супермаркете на Мира чувак рекорд поставил — за девять секунд вынес бутылку виски.

Мы с одним таким гастролером разговаривали. «Это, — говорит, — моя работа. Ваша работа — жуликов ловить, моя — воровать. Я ничем другим больше не зарабатываю». Они выстраивают себе маршрут, ловят такси или знакомого на машине, дают ему рублей 700 или косарь. Сами из каждого магазина, грубо говоря, по косарю выносят.

Кто ворует? Сотрудники. 

Свои воруют тоже. Бывает, нормально общаешься с кладовщиком, а он у тебя из-под носа таскает. Кто-то устраивается и через месяц ловится на краже, кто-то может работать семь-восемь лет, всё это время воровать и вообще не вызвать подозрений.

Был кладовщик, который знал, как мы работаем, и ходил по утрам воровать в наш пересменок.

В шесть утра я уезжал домой, в девять приходил мой сменщик — между этим временем в большинстве супермаркетов охраны не было.

И этот чувак каждые два дня ровно в 7:11 приходил и забирал по стандарту: две бутылки элитного алкоголя, две бутылки водки, две палки колбасы. За одну неделю вынес продуктов на 12 тысяч и алкашки на 20.

Иногда магазин кидают поставщики. Они привозят товар, выносят его на склад, пацаны-кладовщики пересчитывают, и, если защелкались, то поставщик хоп — и две коробки с шоколадом незаметно уносит обратно в машину. По документам весь товар принят, а в реале недостача.

Ну, так же и мы делали: пока поставщики щелкали, мы с кладовщиками пару коробок у них забирали. Как они к нам относятся, так и мы к ним. Другого выхода нет.

Потому что за каждую недостачу ты в конце месяца или в промежуточных ревизиях получаешь хороших люлей и платишь из своего кармана. Максимальная зарплата, которая у меня была, — 18,3 тысячи рублей с премией за 15 рабочих дней.

Недостача за неделю может реально достигать 20 тысяч, и никому не хочется в конце месяца получить 11 косарей.

С охранников снимают недостачу по группам товаров повышенного контроля — тех, которые чаще воруют. Другой пропавший товар оплачивают продавцы — но это на усмотрение управляющей, если она скажет: «Девочки, это ваш косяк». В большинстве случаев управляющие звонили нашему начальнику и говорили: «У нас тут недостача по колбасе 30 тысяч рублей. Давайте-ка твои ребята что-нибудь придумают».

Что придумывают?

В большинстве случаев конфликт пытаются решать без полиции. Многих попавшихся достаточно просто припугнуть полицией, и у них сразу находятся деньги, чтобы оплатить товар, хотя до этого говорили про 100 рублей в кармане.

Если человек адекватный, ты просто предлагаешь ему оплатить шоколадку, которую он своровал, в пяти- или десятикратном размере. С алкашкой сложнее: бутылка, которая уже ходила по кассе, из-за акцизов второй раз не пробьется. За нее берется наличка, грубо говоря, в том же самом пятикратном размере.

Эти деньги потом идут в недостачи, в то, что недоглядели. Допустим, у тебя в конце месяца не хватает шоколада на три-четыре тысячи — ты их жуликами и оплачиваешь. У нас девочка за сворованную жвачку две банки кофе так купила.

Есть и принципиальные сети: в «Командоре» на любую кражу вызывают полицию. У меня был напарник — он пожалел и отпустил женщину, которая полную коляску детского питания наворовала. Я на следующий день зашел в «Командор» через дорогу — а ее там принимают, потому что она наворовала того же детского питания. Орала, ментам деньги предлагала, но ее оформили.

Вневедомственная против Нацгвардии.

Когда надо вызывать ментов, то нажимаешь тревожную кнопку. Раньше по ней приезжала вневедомственная охрана, а теперь — Нацгвардия. И вот гвардейцам реально плевать на всё. Они могут ехать на вызов час, хотя так-то это группа быстрого реагирования.

Пацаны из вневедомственной за две минуты с калашами в касках доезжали — «Гранта» их чуть ли не боком на парковку залетала. А Нацгвардия пока приедет, посидит в машине, выйдут, потянутся, штанишки поправят, кофточку расстегнут, касочку снимут — и потом только вразвалочку пойдут.

Им же ничего не надо — у Нацгвардии нет плана. У вневедомственной охраны он был, полицейские-пэпээсники за ночь должны поймать, грубо говоря, трех алкашей, пять насильников и двух убийц. А в Нацгвардии у обычного патрульного зарплата сейчас 50-60 тысяч рублей. Они и сидят в уверенности, что в конце месяца свою денежку за ничегонеделание получат. 

Источник: https://prmira.ru/article/voruyut-vse-kak-ustroena-rabota-ohrannika-supermarketa/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.